![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif?v=88.8){kind=small}
в темных аллеях
вчера ходили в Комедiю на «В темных аллеях».
этюды по Бунину.
что сказать... скажу, что понравилось. и, при достаточно малом моем знакомстве с Буниным, во что-то даже оформилось.
вообще, вчерашний вечер был богат на новые впечатления и открытия. открытия сугубо личные, субъективные, конечно.
начать с того, что этот спектакль идет у нас на малой сцене, которую зритель, не знающий театр от и до, просто не найдет. не догадается даже, где она))) я, хоть и была у нас много раз, представляла малую очень смутно.
вступление было интригующим) мы вошли в фойе, и сразу услышали просьбу никуда не уходить, стоять внизу, на месте сбора) кое-кто забыл, где же Тайна Якомната, поэтому мы немного пошарились в окрестностях и, методом исключения, все-таки, эту дверь нашли))) за дверью оказался длиннющий витиеватый коридор, по которому мы шли и шли, мимо всяких комнаток, гримерки (-рок?) и бог знает чего еще. наверх. узкий коридор, лестница... а я иду и думаю о том, что по этой же лестнице ЮЗовцы тащили свои аккордеоны, а вот тут они курили, а вот тут - сидели..))) параллельно думаю еще и о том, что мы сейчас попали в сердце театра. нет, скорее, не в сердце (сердце - это, все-таки, сцена), а в какой-то другой орган... в легкие, допустим. было в том, как мы шли - за администратором, парами, т.к. пропускная способность коридора очень низкая, - что-то секретное))) я видела малую сцену того же ТЮЗа, на которую мы дошли вполне самостоятельно, нам только махнули в нужном направлении. скучно)
наконец, мы зашли в зал.
малая... сцена... если честно, очень сложно ощутить там сцену в привычном понимании этого слова. скорее... пространство) театральное пространство. в этом она, кстати, схожа с ТЮЗом нашим, где мы смотрели Олби недавно. так что, «малая» и «маленькая» - это понятия, как оказалось, скорее качественные, чем... количественные и габаритные.
администратор и режиссер (если это была не моя счастливая галлюцинация) помогли всем сесть, потушили остатки света, и спектакль пошел.
сюжет пересказывать не буду, это «Натали» (в основе), «Дубки» (рассказ Черкасова) и... сами «Аллеи» (кусками)? соединили их хорошо, плавно. но ввиду основного сюжета, история Черкасова, которая могла бы быть поучительной главному герою, выстреливает куда-то в сторону. хорошо даже выстреливает. я аж вздрогнула.
сам Бунин... я пока не знаю, как с ним. не умею. верчу в руках, а как и куда приладить - не пойму. вроде и тема, вроде и отдается-отзывается, а толком никак не разберусь. и тут мне на помощь пришел, внезапно, Антон Палыч со своей «Чайкой». я прямо услышала, как Заречная голосом Карины говорит: «груба жизнь..!». и точно. эта сцена, помните, там тра-та-та...
«...попали и мы с вами в круговорот... Жила я радостно, по-детски - проснешься утром и запоешь; любила вас, мечтала о славе, а теперь? Завтра рано утром ехать в Елец в третьем классе... с мужиками, а в Ельце образованные купцы будут приставать с любезностями. Груба жизнь!»
в принципе, каждый волен выбрать для себя любой оттенок. можно о любви поговорить. а у меня получилось вот так. как раз потянулось с рассказа Черкасова, т.к. история очень печальная. следом - история главгероя Виталия. проблема даже не в том, что у них все сломалось с Натали, нет. тот эпизод был слишком неожиданным, чтобы можно было как-то среагировать. а вот то, что могло бы быть после! могло бы, но не было. потому что даже попытки не было.
интересный момент с Натали, которая вроде как может рассчитывать на сочувствие со стороны зрителя/читателя (и в юности ее так предали, и замуж вышла за нелюбимого, и вдовой стала). но его лично у меня напрочь отшибло после реакции ее на рассказ Виталия о девушке Гаше и своей загубленной жизни (Гаша грозилась убить себя и ребенка, если Виталий женится). от того, как Натали выдала «полноте!», совершенно не к месту и так, словно ей рассказали про подгоревший ужин, у меня весь воздух из легких как будто вынули. я даже подумала, что это, может, артисты паузу «съели». ведь нужна же пауза. по доброте человеческой, по сочувствию - просто обязана быть. но паузы нет. и у автора ее тоже, к моему ужасу, нет. так что это действительно Натали.
финал... даже финалы, пожалуй, из разряда «пыльным мешком по голове», когда точка ставится так, что бумага рвется. примеры... ну, допустим...
«Актер... удавился!»
или
«Уведите отсюда куда-нибудь Ирину Николаевну. Дело в том, что Константин Гаврилович застрелился...»
вот так, когда уже вроде бы ожидать нечего, случается «точка». и поймать ее совершенно нельзя, т.к. нет намеков на еще одно потрясение. те же Горький и Чехов... у них хотя бы по развитию ситуации можно вычислить, а у Ерофеева в М-П, например, логически додумать, а здесь... одни расстались, вторые расстались, куда уж больше-то? а вот, есть куда.
в итоге... с этим «груба жизнь!» и остаешься.
источником света для меня были, пожалуй, Черкасов и Христя. там верность, преданность. «все проходит, да не все забывается». да и проходит, как выясняется, не все. и, несмотря на то, что здесь тоже спорно - стоит ли так... отказываться от своей жизни, но они - определенно - светлый тон.
Соня «потерялась». будто убежала в дождь и.. не вернулась) хотя морально она, и правда, вряд ли бы вернулась. там все уже «не вернулись».
вообще, меня этот спектакль очень порадовал. во-первых, атмосферой. вспоминая тот кусочек, что я читала из Аллей до, скажу, что очень аллейские аллеи вышли, по настроению. и бунинский бунин.
во-вторых, вообще его наличием. как-то так получается, что последнее время мне нужно что-то такое... «русский психологический театр» - это, конечно, я сильно замахнусь, но... внутри меня сейчас как будто трансформатор - стоит и спокойно, мерно, низко гудит. не могу пойти и просто повеселиться. какой-нибудь Куни меня убъет сразу. или я его убъю. короче, мы не сойдемся. я сейчас в другой тональности. и «Аллеи» - очень попали, я это понимаю. попали даже вот именно больше по тональности, чем по актуальности.
артисты молодцы. я вздохнула и замечтала о том, как было бы хорошо, если бы таких вещей было больше. хотя бы на малой сцене..
в текстовом плане, как оказалось, Иван Алексеич - суровый товарищ, ой суровый. на пустом месте бац - и задача - сделать бунинский текст «своим», естественным. не всегда получалось, но в целом - получалось.
остаться в рамках роли, эмоционально сжаться и провести - тоже задача. даже задачища. получилось. и первый «мешок», прилетевший от Черкасова с его историей про Лавра - спасибо. и ай-яй-яй, нервы мои нервы)
сделать возрастной переход - задача. получилось? в целом, да. особенно удалась взрослость Дмитрию Крюкову, сцена «не нужно вам быть со мной светски любезной» и сигарета - прошла гладко, как по маслу. признаться, после «юношеского» периода я впервые расслабилась, вот на этих взрослых сценах. не воспринимается как-то у меня то, что было до, какая-то там... напряженность и вынужденность есть.
Юля тоже не отстала. и тоже «взяла» взрослой частью.
и это радость-радость вы просто не представляете какая!!! в помпонину это срочно! срочно добавить возраста!!!
про различия «малого» и «маленького» я не просто так упомянула. до «Аллей» мне думалось, что маленькая сцена автоматически дает максимальную близость, открытость и со-участие в спектакле. но вдруг, вчера, сидя почти коленками к декорациям, я вдруг обнаружила... герметичность. спектакль, оказывается, герметичный! весь текст, все события - они циркулируют на сцене, а я сидела как будто за стеклом. как панночка, которая ходила за очерченным кругом -все видно, все слышно и чувствуется, а дотянуться - нельзя. не знаю, всегда ли это так и так ли вообще, но... вот то, что почувствовалось. для того и нужны монологи? как проводники. в чем дело? может быть, так работает «закадровый» текст.
вспомнился «Парашютист» Юго-Запада, где «закадровый» текст читают сами герои - пусть от 3-го (если не изменяет память) лица, но сами. и это очень «открывает» текст. появляется ощущение, что говорят мне. а монологи - понятно, даже если артист смотрит «в зал» (вникуда), все равно каждый принимает на свой счет.
так что, к удовольствию от просмотра добавляется еще и образовательный процесс) ибо не думала даже, что в таком камерном пространстве можно выстроить барьеры.
сижу, перебираю в памяти вещи ВРБ и... да, ВРБ делает открытые спектакли. даже в «Фотиках», уж где Леушину с Матошиным еще и с залом успевать «разговаривать», а ведь успевают, черти!
этюды по Бунину.
что сказать... скажу, что понравилось. и, при достаточно малом моем знакомстве с Буниным, во что-то даже оформилось.
вообще, вчерашний вечер был богат на новые впечатления и открытия. открытия сугубо личные, субъективные, конечно.
начать с того, что этот спектакль идет у нас на малой сцене, которую зритель, не знающий театр от и до, просто не найдет. не догадается даже, где она))) я, хоть и была у нас много раз, представляла малую очень смутно.
вступление было интригующим) мы вошли в фойе, и сразу услышали просьбу никуда не уходить, стоять внизу, на месте сбора) кое-кто забыл, где же Тайна Якомната, поэтому мы немного пошарились в окрестностях и, методом исключения, все-таки, эту дверь нашли))) за дверью оказался длиннющий витиеватый коридор, по которому мы шли и шли, мимо всяких комнаток, гримерки (-рок?) и бог знает чего еще. наверх. узкий коридор, лестница... а я иду и думаю о том, что по этой же лестнице ЮЗовцы тащили свои аккордеоны, а вот тут они курили, а вот тут - сидели..))) параллельно думаю еще и о том, что мы сейчас попали в сердце театра. нет, скорее, не в сердце (сердце - это, все-таки, сцена), а в какой-то другой орган... в легкие, допустим. было в том, как мы шли - за администратором, парами, т.к. пропускная способность коридора очень низкая, - что-то секретное))) я видела малую сцену того же ТЮЗа, на которую мы дошли вполне самостоятельно, нам только махнули в нужном направлении. скучно)
наконец, мы зашли в зал.
малая... сцена... если честно, очень сложно ощутить там сцену в привычном понимании этого слова. скорее... пространство) театральное пространство. в этом она, кстати, схожа с ТЮЗом нашим, где мы смотрели Олби недавно. так что, «малая» и «маленькая» - это понятия, как оказалось, скорее качественные, чем... количественные и габаритные.
администратор и режиссер (если это была не моя счастливая галлюцинация) помогли всем сесть, потушили остатки света, и спектакль пошел.
сюжет пересказывать не буду, это «Натали» (в основе), «Дубки» (рассказ Черкасова) и... сами «Аллеи» (кусками)? соединили их хорошо, плавно. но ввиду основного сюжета, история Черкасова, которая могла бы быть поучительной главному герою, выстреливает куда-то в сторону. хорошо даже выстреливает. я аж вздрогнула.
сам Бунин... я пока не знаю, как с ним. не умею. верчу в руках, а как и куда приладить - не пойму. вроде и тема, вроде и отдается-отзывается, а толком никак не разберусь. и тут мне на помощь пришел, внезапно, Антон Палыч со своей «Чайкой». я прямо услышала, как Заречная голосом Карины говорит: «груба жизнь..!». и точно. эта сцена, помните, там тра-та-та...
«...попали и мы с вами в круговорот... Жила я радостно, по-детски - проснешься утром и запоешь; любила вас, мечтала о славе, а теперь? Завтра рано утром ехать в Елец в третьем классе... с мужиками, а в Ельце образованные купцы будут приставать с любезностями. Груба жизнь!»
в принципе, каждый волен выбрать для себя любой оттенок. можно о любви поговорить. а у меня получилось вот так. как раз потянулось с рассказа Черкасова, т.к. история очень печальная. следом - история главгероя Виталия. проблема даже не в том, что у них все сломалось с Натали, нет. тот эпизод был слишком неожиданным, чтобы можно было как-то среагировать. а вот то, что могло бы быть после! могло бы, но не было. потому что даже попытки не было.
интересный момент с Натали, которая вроде как может рассчитывать на сочувствие со стороны зрителя/читателя (и в юности ее так предали, и замуж вышла за нелюбимого, и вдовой стала). но его лично у меня напрочь отшибло после реакции ее на рассказ Виталия о девушке Гаше и своей загубленной жизни (Гаша грозилась убить себя и ребенка, если Виталий женится). от того, как Натали выдала «полноте!», совершенно не к месту и так, словно ей рассказали про подгоревший ужин, у меня весь воздух из легких как будто вынули. я даже подумала, что это, может, артисты паузу «съели». ведь нужна же пауза. по доброте человеческой, по сочувствию - просто обязана быть. но паузы нет. и у автора ее тоже, к моему ужасу, нет. так что это действительно Натали.
финал... даже финалы, пожалуй, из разряда «пыльным мешком по голове», когда точка ставится так, что бумага рвется. примеры... ну, допустим...
«Актер... удавился!»
или
«Уведите отсюда куда-нибудь Ирину Николаевну. Дело в том, что Константин Гаврилович застрелился...»
вот так, когда уже вроде бы ожидать нечего, случается «точка». и поймать ее совершенно нельзя, т.к. нет намеков на еще одно потрясение. те же Горький и Чехов... у них хотя бы по развитию ситуации можно вычислить, а у Ерофеева в М-П, например, логически додумать, а здесь... одни расстались, вторые расстались, куда уж больше-то? а вот, есть куда.
в итоге... с этим «груба жизнь!» и остаешься.
источником света для меня были, пожалуй, Черкасов и Христя. там верность, преданность. «все проходит, да не все забывается». да и проходит, как выясняется, не все. и, несмотря на то, что здесь тоже спорно - стоит ли так... отказываться от своей жизни, но они - определенно - светлый тон.
Соня «потерялась». будто убежала в дождь и.. не вернулась) хотя морально она, и правда, вряд ли бы вернулась. там все уже «не вернулись».
вообще, меня этот спектакль очень порадовал. во-первых, атмосферой. вспоминая тот кусочек, что я читала из Аллей до, скажу, что очень аллейские аллеи вышли, по настроению. и бунинский бунин.
во-вторых, вообще его наличием. как-то так получается, что последнее время мне нужно что-то такое... «русский психологический театр» - это, конечно, я сильно замахнусь, но... внутри меня сейчас как будто трансформатор - стоит и спокойно, мерно, низко гудит. не могу пойти и просто повеселиться. какой-нибудь Куни меня убъет сразу. или я его убъю. короче, мы не сойдемся. я сейчас в другой тональности. и «Аллеи» - очень попали, я это понимаю. попали даже вот именно больше по тональности, чем по актуальности.
артисты молодцы. я вздохнула и замечтала о том, как было бы хорошо, если бы таких вещей было больше. хотя бы на малой сцене..
в текстовом плане, как оказалось, Иван Алексеич - суровый товарищ, ой суровый. на пустом месте бац - и задача - сделать бунинский текст «своим», естественным. не всегда получалось, но в целом - получалось.
остаться в рамках роли, эмоционально сжаться и провести - тоже задача. даже задачища. получилось. и первый «мешок», прилетевший от Черкасова с его историей про Лавра - спасибо. и ай-яй-яй, нервы мои нервы)
сделать возрастной переход - задача. получилось? в целом, да. особенно удалась взрослость Дмитрию Крюкову, сцена «не нужно вам быть со мной светски любезной» и сигарета - прошла гладко, как по маслу. признаться, после «юношеского» периода я впервые расслабилась, вот на этих взрослых сценах. не воспринимается как-то у меня то, что было до, какая-то там... напряженность и вынужденность есть.
Юля тоже не отстала. и тоже «взяла» взрослой частью.
и это радость-радость вы просто не представляете какая!!! в помпонину это срочно! срочно добавить возраста!!!
про различия «малого» и «маленького» я не просто так упомянула. до «Аллей» мне думалось, что маленькая сцена автоматически дает максимальную близость, открытость и со-участие в спектакле. но вдруг, вчера, сидя почти коленками к декорациям, я вдруг обнаружила... герметичность. спектакль, оказывается, герметичный! весь текст, все события - они циркулируют на сцене, а я сидела как будто за стеклом. как панночка, которая ходила за очерченным кругом -все видно, все слышно и чувствуется, а дотянуться - нельзя. не знаю, всегда ли это так и так ли вообще, но... вот то, что почувствовалось. для того и нужны монологи? как проводники. в чем дело? может быть, так работает «закадровый» текст.
вспомнился «Парашютист» Юго-Запада, где «закадровый» текст читают сами герои - пусть от 3-го (если не изменяет память) лица, но сами. и это очень «открывает» текст. появляется ощущение, что говорят мне. а монологи - понятно, даже если артист смотрит «в зал» (вникуда), все равно каждый принимает на свой счет.
так что, к удовольствию от просмотра добавляется еще и образовательный процесс) ибо не думала даже, что в таком камерном пространстве можно выстроить барьеры.
сижу, перебираю в памяти вещи ВРБ и... да, ВРБ делает открытые спектакли. даже в «Фотиках», уж где Леушину с Матошиным еще и с залом успевать «разговаривать», а ведь успевают, черти!
